Кто был в сотских у становых приставов в 2024 году

Опубликовано: 19.06.2024

В этой статье юрист Алексей Князев отвечает на популярный вопрос: «Кто был в сотских у становых приставов?».

Кто был в сотских у становых приставов

Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. — С.-Пб.: Брокгауз-Ефрон . 1890—1907 .

Смотреть что такое «Становой пристав» в других словарях:

СТАНОВОЙ ПРИСТАВ — полицейская должность в царской России, учрежденная в 1837 г. в каждом стане. До 1862 г. назначался и увольнялся губернатором из кандидатов, представленных местным дворянством. Подчинялся уездному исправнику и земскому суду (с 1862 г. уездному… … Юридический словарь

Становой пристав — У этого термина существуют и другие значения, см. Пристав (значения). Для улучшения этой статьи желательно?: Найти и оформить в виде сносок ссылки на авторитетные источники, подтверждающие написанное. Становой пристав полицейское… … Википедия

СТАНОВОЙ ПРИСТАВ — в России с 1837 до 1917 г. полицейский в стане, части уезда. На С.п. лежали все дела исполнительные, следственные, судебно полицейские и хозяйственно распорядительные. В помощь С.п. состояли полицейские урядники; в его же непосредственном… … Российская государственность в терминах. IX – начало XX века

Становой пристав — становой, полицейская должность в России, учрежденная в 1837 в каждом Стане (полицейская территориальная единица, на которые с этого времени делились уезды). С. п. до 1862 назначался и увольнялся губернатором из кандидатов, представленных … Большая советская энциклопедия

СТАНОВОЙ ПРИСТАВ — (становой) полицейская должность в России, учрежденная в 1837 в каждом стане (полицейской терр. единицы, на к рые с этого времени делились уезды). С. п. назначался и увольнялся губернатором из кандидатов, представленных местным дворянством.… … Советская историческая энциклопедия

становой пристав — полицейская должность в царской России, учрежденная в 1837 г. в каждом стане. До 1862 г. назначался и увольнялся губернатором из кандидатов, представленных местным дворянством. Подчинялся уездному исправнику и земскому суду (с 1862 г. уездному… … Большой юридический словарь

становой пристав — Патша Россиясендә: өяз полициясе башлыгы … Татар теленең аңлатмалы сүзлеге

Становой пристав — с 1837 г. низшая полицейская должность; опирался на сельскую выборную полицию … Краткий словарь историко-правовых терминов

становой — становая, становое. 1. Центральный, основной, главный (обл.). Становой водораздел или Становой хребет (название возвышенности в Восточной Сибири). Становой берег (обычный берег, не в половодье и не во время высыхания). 2. Проходящий по… … Толковый словарь Ушакова

ПРИСТАВ — ПРИСТАВ, пристава, мн. пристава (приставы устар.), муж. 1. Начальник полиции небольшой административной единицы в царской России (дорев.). «Двое жандармов и слободской пристав Рыскин, громко топая ногами, снимали с полки книги и складывали их на… … Толковый словарь Ушакова

Становой пристав

: неверное или отсутствующее изображение

Для улучшения этой статьи желательно ? :

  • Найти и оформить в виде сносок ссылки на независимые авторитетные источники, подтверждающие написанное.К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Станово́й при́став — полицейское должностное лицо в Российской империи, возглавляющее стан — полицейско-административный округ из нескольких волостей. Должность учреждена в 1837 г. Положением о земской полиции. В том же году государственные крестьяне получили самоуправление, волостное (волостной сход и волостное правление) и сельское (сельский сход, сельский старейшина, сельский староста). Становой пристав контролировал данные органы в плане осуществления ими полицейских и судебных функций [1] .

Становой пристав был заседателем земского суда, который до 1862 год ведал уездной полицией.

Становой пристав до 1862 года назначался и увольнялся губернатором от имени императора из кандидатов, представленных местным дворянством. Подчинялся земскому исправнику и земскому суду (с 1862 — уездному полицейскому управлению в лице его главы — уездного исправника).

Обязанности состояли из двух частей: исполнительной (исполнение, а также наблюдение за точным исполнением законов и распоряжений правительства) и судебно-полицейской (поддержание правопорядка).

В подчинении станового пристава находились сотские и десятские. С 1878 года в распоряжении станового пристава были полицейские урядники. Должность станового пристава существовала до Февральской революции 1917.

Это видео поможет лучше понять процедуру.

Поделитесь своим мнением на тему «Кто был в сотских у становых приставов» в комментариях.

Ad majorem Dei gloriam (c)

  • Свежие записи
  • Друзья
  • Архив
  • Личная информация
  • Добавить в друзья
  • RSS

Уездная полиция

В отличии от городских полицейских управлений, штат уездных полиций всех губерний Российской Империи, по общему учреждению управляемых, был утвержден законодательно и являлся одинаковым.
Главой полицейского управления в уезде являлся исправник. По «Нормальному штату», это была должность 7 класса, с содержанием 1500 рублей в год. У каждого исправника был помощник (8 класс должности, 1000 рублей содержания). В уездном полицейском управлении полагался секретарь (10 класс, 400 рублей в год), два столоначальника и регистратор. Кроме этого исправник, на отпускаемые ему деньги нанимал писцов, рассыльных и сторожей. В его воле было назначить писцов канцелярскими служителями (об этом я писал выше).
Полицией непосредственно уездного города мог руководить либо полицейский надзиратель (если городок был небольшим), либо городской пристав (в более крупных городах). У такого пристава даже мог быть помощник. Если уездный город был большим, но не смотря на это, собственной полиции ему не полагалось, то в таком городе тоже могло быть несколько участков, или даже частей, каждой из которых заведовал полицейский надзиратель, или пристав. В таком крупном городе могли быть и околоточные надзиратели.
Интересно, что именно о полицейском, а не об околоточном надзирателе, идет речь в рассказе А.П. Чехова «Хамелеон».
Совсем небольшие города полицейских исполнительных чиновников не имели, если это был уездный город, то в нем полицией руководил помощник исправника, а если это был заштатный городишко, то его под свою опеку брал становой пристав.
Полицейские надзиратели с полицейской командой, кроме того, могли быть на железнодорожных станциях (они отвечали непосредственно за станционный поселок, линию отчуждения железной дороги обслуживали жандармы), на заводах, в шахтах, рудниках, в крупных селах и поселках.
Естественно, что в населенных пунктах, в которых имелись исполнительные чиновники полиции, были и городовые (по приведенном в посту про городскую полицию нормам)
Уезд делился на несколько станов, во главе каждого из которых стоял становой пристав. Он должен был проживать на территории стана, его «офис» назывался становой квартирой. Должность станового находилась в 9 классе, он получал 600 рублей в год.
На отпускаемые ему 300 рублей в год, он должен был нанимать письмоводителя и содержать канцелярию. До 1903 года становому приставу подчинялись урядники, сотские и десятские.
Должность урядника была учреждена в 1878 году. Это нижний чин уездной полиции, нынешний аналог – сельских участковый. Существовали пешие и конные урядники.
Характерным является следующее обстоятельство: когда должность урядника вводилась, им были присвоены погоны, аналогичные погонам околоточных надзирателей, хотя права производства в классный чин урядники не имели. Таким образом, государство, как бы подчеркивало, что урядник, хоть и нижний чин, но не простой, а стоящий практически рядом с «вашим благородием» (аналогичные погоны носили гражданские чиновники некоторых ведомств, занимавшие классные должности, но чина не имевшие). Но в 1888 году, погоны у урядников были изменены – они стали практически такими же как у городовых. В сословной России, это изменение было важным. Если раньше крестьяне, огромная часть которых служила в армии, видели в уряднике большого начальника, то теперь он для них становился обыкновенным унтером. Унтер в деревне конечно тоже фигура, но все же…
Должность сотского и десятского была выборной, их выбирал сельский сход, сотского – от части стана, называемой сотней, десятских – от селений. Если сход не находил кандидата, то общество скидывалось и десятского или сотского нанимало, заключив с ними договор. Десятские подчинялись сотским, а те – уряднику и становому. В их обязанности входило поддержание общественного порядка, помощь в розыске и задержании подозреваемых в правонарушениях, охрана арестованных при становой квартире, их конвоирование, работа рассыльных. На практике сотские и десятские становились бесплатными слугами станового пристава, особенно это касалось тех, кто проживал в том населенном пункте, где была квартира станового.
В 1903 году в губерниях, по общему учреждениях управляемых была введена уездная полицейская стража. Должность полицейского урядника в этих губерниях была ликвидирована, взамен была введена должность урядника полицейской стражи. Казалось, простое изменение названия, но отличия были весьма значительными. Количество урядников увеличилось: теперь урядник полагался в каждой волости. Была изменена и форма его обмундирования, у него вновь появились погоны, аналогичные погонам околоточных, более того, после пяти лет службы они имели права быть назначаемы на классные полицейские должности. Ему должны были подчиняться стражники.
После учреждения уездной полицейской стражи, должности сотских упразднили, а десятских вывели из подчинения становых и урядников, подчинив их непосредственно крестьянскому самоуправлению – сельским старостам и волостным старшинам. Становому добавили 200 рублей в год на наем рассыльных и сторожей при арестантском помещении. Взамен сотских ввели должности стражников. В уезде полагалось иметь 1-го стражника на 2500 человек населения. Задумка была хорошая: вместо выбираемого или нанимаемого миром безоружного крестьянина, в помощь уряднику поступало несколько строевых нижних чинов, надлежащим образом вооруженных и экипированных. Но в 1905 году началась революция, власть свела стражников в отряды, которые дислоцировались в уездном городе, или в распоряжении станового пристава. Урядник в селе остался один на один с преступниками. Стражники в уездных городах изнывали от безделья, а урядник не знал, за какое дело хвататься. Такое положение просуществовало до 1913 года, до реформы Джунковского, который большую часть стражников из уездного города перевел «на землю», в подчинение урядников.
С этого времени уездная стража имела следующую структура: часть (до 25%) составляла конные команды, которые находились в уездном городе и при становой квартире, а оставшаяся часть стражи распределялась по уезду: в подчинении каждого урядника находилось несколько стражников.
Стража имела двойное подчинение: по всем полицейским вопросам уездная полицейской стражей подчинялась исправнику, становым и полицейским надзирателям, стражники еще и урядникам. Общее руководство вооружением, конским снаряжением и строевым обучением всей стражи в губернии осуществлял начальник ГЖУ, непосредственное – его помощник и адъютант, а при «недостатке в губернии чинов ОКЖ» - специально назначаемые офицеры этой стражи. На практике, такие офицеры были в каждой губернии. Их полагалось по одному на каждых 300 пеших или 150 конных стражников, т.е. один офицер полагался на несколько уездов.
Эти офицеры, получая неплохое содержание, непосредственным руководством стражников занимались плохо, так как свои должностные обязанности были вынуждены исполнять периодически, наездами, перемещаясь по уездам, от команды к команде. Многие из них, понимая, что из-за этого спрос с них будет невелик, вообще от исполнения своих обязанностей отлынивали.
Непосредственно, на месте, стражниками должны были руководить унтер-офицеры отдельного корпуса жандармов. Но так как их тоже не хватало, то практически повсеместно одного из стражников в команде делали старшим, он то и осуществлял ежедневное руководство командой, получая за это дополнительно до 100 рублей в год.
Урядник высшего оклада, после повышения 1906 года, получал 480 рублей в год, конному полагалось еще и 100 рублей на лошадь. Высший оклад стражника составлял – 360 рублей в год и те же 100 на лошадь.
Вообще, денежное довольствие полицейских не повышалось 44 года: с 1862 по 1906 год! Становой пристав и в 1862 и в 1905 получал по 50 рублей в месяц (меньше, чем околоточный в столице). Вот почему в рассказе Чехова «Не в духе», становой так переживает о проигрыше восьми рублей. Естественно, недостаток в средствах полицейские пытались компенсировать всеми доступными им способами.
Во время революционных событий 1905 года, про полицию наконец вспомнили, с 1 января 1906 года, денежное содержание всем полицейским было повышено. Правда повышение это было очень незначительным - всем классным чинам уездных и городских полиций (кроме Прибалтийских) – на четверть, околоточным – ни чего (только тем из них, кто получал менее 400 рублей в год, зарплату прибавили до этой суммы), городовым – старшим со 180 до 275, младшим со 150 до 215 рублей в год. Но и это небольшое повышение не коснулось ряда полицейских управлений, штат которых был утвержден законодательно.
Землевладельцы, фабриканты, общественные учреждения и частные общества могли приносить ходатайства об учреждении на их средства дополнительных должностей исполнительных чиновников, урядников, команд конной или пешей полицейской стражи. Такие ходатайства рассматривал: от землевладельцев об охране их имений – губернатор (закон принимался во время революции, нужна была оперативность в принятии решений), от иных лиц – министр внутренних дел.
Пик таких ходатайств пришелся на революционные 1905-1908 годы. В некоторых губерниях по таким ходатайствам даже были учреждены полицейские должности, законом не предусмотренные – помощники становых приставов.





В ходе реформ XIX века к 1917 году в Российской империи сложилась следующая система органов полиции: МВД с очень широкими функциями, когда один из товарищей (заместителей) министра заведовал полицией, был командиром корпуса жандармов и наблюдал за местами заключения; департамент полиции с широкими полномочиями во главе с директором; в составе департамента полиции был особый отдел, занимавшийся исключительно политическими делами. На местах полицейский надзор осуществляли генерал-губернаторы, губернаторы и губернские правления в губерниях; в уездах были полицейские управления во главе с уездным исправником - он же начальник уездной полиции. Подчинялся исправник губернатору и губернскому правлению.

Уезды делились на станы. Во главе стояли становые приставы, при них - пешие и конные полицейские урядники. Стан делился на участки, во главе участков были сотские, в селениях - десятские. И сотские, и десятские избирались населением. Полицейские функции исполняли также волостные старшины и сельские старосты.

Станы были фактически центрами практической полицейской деятельности, где органы полиции непосредственно работали с населением. Становой пристав обеспечивает безопасность населения. Он - местный исполнитель предписаний уездного полицейского управления и непосредственный блюститель общественной безопасности, спокойствия и порядка в стане: прекращает драки, ссоры, буйство и бесчиние; наблюдает за проявлениями действий и поступков запрещенной деятельности (секты, азартные игры, политическая деятельность и т.п.).

Еще он был обязан доносить начальству обо всех чрезвычайных происшествиях, кроме того, следить за состоянием дорог, информировать о видах на урожай и ходе его уборки, побуждать население к борьбе с вредными насекомыми (саранча тогда посещала и наши места), с хищными зверями и т.д.

Как видим, поле деятельности широкое. Не сказать, чтобы государство особо щедро оплачивало эти труды. Основное жалованье станового пристава составляло 600 рублей в год плюс столовые и канцелярские расходы при бесплатной квартире с отоплением и освещением. Прибавка жалованья производилась через пять лет. За 25 лет службы выдавалось единовременное пособие в 250 рублей, а после 30 лет службы полагалась пенсия. Хотя полиция носила форму и была вооружена, чины присваивались гражданские.

Кто занимал должности становых приставов? В XIX веке в основном дворяне, но с конца века появились и представители других сословий.

Расскажем об одном из пяти становых приставов Брянского уезда - Золотове Михаиле Алексе¬евиче, который служил в этой должности во втором стане (территория современного Дятьковского района. - Л.О) с ноября 1892 года по март 1917 года, то есть до упразднения царских полицейских органов Временным правительством.

Михаил Алексеевич (на снимке) родился в 1863 году в семье брянского священника, и поскольку дети духовных лиц имели льготы при обучении в учебных заведениях духовного ведомства, он обучался в Орловском духовном училище. Но пример отца его почему-то не увлек, и вместо учебы в Орловской духовной семинарии он попросил в губернском правлении место в Брянском полицейском управлении. Туда его и направили в 1880 году исполняющим должность регистратора, а утвердили в должности только в апреле 1882 года. Присматривались долго, но зато через год поручили уже исполнять должность столоначальника уголовного стола, а утвердили столоначальником еще более чем через год. В том же 1884 году Золотов получил первый чин - коллежского регистратора, что соответствовало военному званию прапорщика.

Работа по уголовным делам, видимо, велась успешно, и в 1887 году Михаил Алексеевич получил чин губернского секретаря, соответствующего по табелю о рангах поручику. В 1890 году Золотов переводится в городское полицейское управление помощником пристава города Брянска. К этому времени у него свой дом на Петропавловской улице, семья. И вот в 1892 году в судьбе его случились большие перемены - он получает очередной чин коллежского секретаря (соответствует штабс-капитану в армии. - Л.О.) и переводится на должность пристава второго стана Брянского уезда. Опыт работы в Брянске был очень полезным, и Михаил Алексеевич прославился борьбой как с уголовными, так и с политическими преступлениями. Район ему достался сложный - Мальцовский промышленный, а это множество фабрик и заводов, забастовки, деятельность подпольных организаций, запрещенных партий, уголовные преступления.

Особенно трудно пришлось полиции в годы первой русской революции. На нее легли задачи по наблюдению за политической благонадежностью, сыск и аресты политических. В эти годы зачастую политика и уголовные дела переплетались, так как партии эсеров и анархистов допускали политический террор, а так называемые «эксы» - экспроприацию имущества у состоятельных граждан на нужды революции.

В Мальцовском промышленном районе особо были распространены и ограбления фабричных кассиров, казенных винных лавок, церквей, лавочников. Полицейские операции против революционеров не были безопасными, и не только потому, что те отстреливались и бросали бомбы, а за аресты товарищей и разгромы революционных организаций часто следовало возмездие. Так, в Брянском уезде погиб коллега Золотова пристав первого стана Конашевич, были застрелены помощники приставов города Брянска и Брянского завода, жандармский ротмистр Аргамаков, несколько рядовых полицейских.

В 1907 году Золотов участвовал в операции по задержанию анархиста Данилова, скрывавшегося после неудачного нападения на кассира ивотской фабрики. Данилов погиб в перестрелке, и вскоре был убит пристав Брянского завода Цешковский, но Золотова не тронули. И хотя революционеры его не любили, чувствуется какое-то своеобразное уважение к этой персоне - видимо, он умел не переходить грань между долгом службы и ненужной жестокостью и придирчивостью.

В 1916 году некоторое время Брянский и соседние уезды Орловской губернии были ареной деятельности жестокой банды Иванова по кличке Каплун, состоявшей из рецидивистов, убежавших из брянской тюрьмы. Банду задержал пристав Золотов. Вот как об этом было доложено уездным исправником губернатору: «Пристав второго стана Брянского уезда коллежский асессор Михаил Алексеевич Золотов, производя по моему поручению дознание и розыски по всем совершенным в Брянском уезде разбойным нападениям, обладая большим опытом по сыску, путем энергичных и разумных действий и особой находчивости, обнаружил в селе Ивоте Брянского уезда в доме местного обывателя Захара Куксина квартиру разбойника Иванова-Каплуна и, окружив внезапно в 2 часа ночи на 28 минувшее января дом Куксина стражею, стуком в дверь вызвал Куксина на улицу и, задержав его, быстро вскочил с двумя урядниками и тремя стражниками и городовым, при зажженных свечах и с оружием наготове, в избу Куксина и в ней схватил еще спавшего Иванова-Каплуна. Задержанного разбойника Иванова-Каплуна пристав Золотов, благодаря особому такту, настолько сумел расположить к себе, что этот разбойник сознался во всех совершенных преступлениях и дал вполне откровенные объяснения с указанием, где и у кого он с товарищами Синицыным, Токаревым и Жуковым скрывались».

За это дело Михаил Алексеевич Золотов был награжден орденом святой Анны 2-й степени. А ранее он награждался орденами Анны 3-й степени, святого Станислава 3-й степени и двумя медалями.

Надо сказать, что пристав Золотов не стоял в стороне от общественной жизни того времени. В своем стане он поощрял деятельность учебных заведений, понимая, что образование необходимо народу. Сам он был попечителем Ивотской второклассной церковно-приходской школы, оказывал ей материальную помощь, навещал детей в классах с беседами. В рождественские праздники приобретал за свой счет детям подарки. В годы мировой войны был членом Дятьковского комитета по оказанию помощи раненым русским воинам. В общем, он был сыном своего времени, служакой, для которого все случившееся в 1917 году стало личной трагедией. Хотя надо отметить, живя в гуще народа, он многое понимал, и в феврале того же 1917-го предупреждал начальство, что «население нервничает и ропщет» и что если будет голод, «прежде всего голодные пойдут отбирать продукты у того, у кого окажется какой-нибудь запас».

У Михаила Алексеевича была большая семья - три сына и пять дочерей. Жили они в Брянске. После революции судьба разбросала их, но еще в 20-е годы на Брянске-I жили его родственники. Один из них заведовал библиотекой Рижско-Орловской железной дороги. О самом Михаиле Алексеевиче после 1917 года сведений нет. После упразднения полиции он остался не у дел. В архивах брянского революционного трибунала сохранилось на него дело по жалобе крестьянина Михалева, тянувшееся с 1916 года и доставшееся трибуналу в наследство от старого суда. Надо сказать, новая власть исследовала дело тщательно и пришла к выводу, что «по сему делу никаких данных к привлечению к ответственности пристава Золотова в преступлении по должности нет и дело прекратить» (речь шла о якобы взятке за осуществление неправильной продажи участка земли.). Извещение об окончании дела было послано из Дятькова в Брянск, где в сентябре 1918 года милиция дала справку, что Золотов выехал неизвестно куда.

Пресс-служба УМВД России по Брянской области

Становой пристав — полицейская должность, учрежденная Положением о земской полиции 1837 г. , [1] взамен заседателей по Учреждению 1775 г.


В том же 1837 году, в процессе Губернской реформы, государственные крестьяне получили самоуправление, волостное (волостной сход и волостное правление, волостной старшина) и сельское (сельский сход, сельский старейшина, сельский староста). Становой пристав контролировал данные органы в плане осуществления ими полицейских и судебных функций.

Каждый уезд был разделен на станы, отданные в ведение становых приставов. Последние назначались, переводились и увольнялись губернским начальством; дворянскому собранию предоставлено было право избирать на эти должности кандидатов и представлять их список губернатору.

Земский суд передавал становым приставам приказания и требования и наблюдал за исполнением их, без права принимать против становых приставов принудительные меры. На становых приставах лежали все дела исполнительные, следственные, судебно-полицейские и хозяйственно-распорядительные.

В подчинении станового пристава находились тысяцкие, пятисотские , [2] сотские и десятские. Исправник контролировал деятельность становых приставов, но общался с ними не лично, а через земский суд.

Вследствие такого обширного круга обязанностей станового пристава, не была достигнута главная цель учреждения станов — сближение населения с правительством путём удовлетворения их просьб. Становой пристав постоянно находился в разъездах, обремененный делами, и единственной заботой его было отписаться от высшего начальства . [3]

Реформа 1862 [ править ]

По правилам 1862 г. становые приставы становятся подведомственные уездному полицейскому управлению как исполнительные чиновники полиции в уездах.

Безуездные города, посады и местечки, в которых не полагается особых исполнительных полицейских чиновников, подчиняются в полицейском отношении местному становому приставу. В помощь становым приставам назначались полицейские урядники; в его же непосредственном подчинении находились и сотские.

В Российской Империи эта должность просуществовала до 1917 года.

Круг вопросов [ править ]

§ 99. Становой Пристав, как местный исполнитель предписаний Земского Суда и непосредственный блюститель общественной безопасности, спокойствия и порядка, в участке или стане, ему вверенном…

§ 100. Дом Станового Пристава доступен всякому во всякое время, как прибежище на случай опасности и нужды; Пристав должен быть всегда готов выслушивать терпеливо жалобы, прошения, объяснения и донесения, охранения силы законов или общего спокойствия относящаяся, а равно и для оказания защиты всем и каждому против обид и т. п.

§ 101. Становой Пристав, как местный в стане полицейский начальник, обязан, сам и чрез подчиненных ему служителей земской полиции, бдительно наблюдать за охранением безопасности и порядка, как на дорогах, в полях и лесах, так и в селениях и на ярмарках, базарах, торжках и других собраниях народа, и во внутренности постоялых дворов, гостиниц, трактиров, харчевен, питейных домов, в шинках, при винных выставках и так далее. Для сего он должен по возможности приезжать, по крайней мере иногда, на ярмарки и важнейшие в стане торги, и поручать непосредственный за оными надзор надлежащим тысяцким, пятисотским или сотским.

§ 102. Ссоры, драки, буйство и бесчиния всякого рода немедленно прекращаются властию Станового Пристава, который в нужном случае, употребляет к сему пособие тысяцких или пятисотских, сотских, десятских и даже простых обывателей. Кто окажется виновным в таких беспорядках, того он отдает на месте под стражу и, по мере вины, или подвергает личному задержанию на основании Свод. Зак. Т. 2, ст. 7 1 3 , или предоставляет полицейское исправление его ближайшему над ним начальству; в случае же важного преступлена, исследовав оное, отсылает виновного в суд, для поступления с ним по законам. …


§ 104. Становой пристав получив от подчиненных ему тысяцких или пятисотских, сотских и десятских, или иным образом, сведения о чрезвычайных в стане его происшествиях, или учинении важных преступлений; об оказавшемся неповиновении властям, или же о святотатстве, смертоубийстве, разбое, грабеже, появлении разбойнических шаек, фальшивой монеты, подделки ассигнации или билетов кредитных установлений; о запрещенной азартной игры, корчемстве, самовольной порубке казенных лесов, умышленном зажигательстве и вообще о больших пожарах, необыкновенном разлитии рек, появлении заразительных болезней и скотском падеже, доносит Земскому Суду о важнейших из таковых преступлений или происшествий, в тот же день с нарочным, а о менее важных с обыкновенною земскою почтою.

Между темь он, не упуская времени, по мере своих способов, старается, непокорных обратить, благоразумными внушениями к своему долгу, разбойников и других преступников взять под стражу, преступления исследовать по горячим следам, кем; когда, где, что и каким образом учинено, при пожарах и наводнениях подать помощь и взять возможные меры охранения от дальнейшего вреда, руководствуясь, в сих и других подобных случаях, правилами, в сем Наказе вообще отнесенными к обязанностям земской полиции и в особенности Становых Приставов . [4]

Впоследствии полицейские обязанности этих новых должностных лиц были неоднократно подтверждаемы и, по исполнению их, волостные старшины поставлены были в полную зависимость от исправников, снабженных значительною дисциплинарной властью; а в законе 15 декабря 1862 г. к составу нижних чинов уездной полиции отнесены сотские и десятские, о которых упоминается и в положении 19 февраля. В том же законе министру внутренних дел предоставлено ввести повсеместно уездные конные полицейские команды, причем комплектование этих команд нижними чинами военного ведомства опиралось на то общее начало, допускаемое нашим законодательством, по которому военные чины и команды назначаются не только на военные потребности, но, в известных случаях, и на гражданские полицейские надобности (как то: ночные обходы, патрули, экзекуции, отряжение военной силы в случае беспорядков). Такого рода команды, под названием земской стражи, введены в 1866 г. в 10 губерниях Царства Польского, одновременно с преобразованием губ. и уездного управления в этом крае. Эта стража оказалась, по отзывам администрации, "вполне надежной полицейской силой, правильно организованной, действующей во всех отношениях с замечательным успехом, верно понимающей и строго исполняющей многосторонние обязанности, на нее возложенные, снискавшей уважение и доверие местного населения". В 1868 г. вводится, в виде опыта, в Юго-Западном крае 9 команд конных полицейских объездчиков, впоследствии упраздненных, а в 1873 г. в 6 северо-западных губерниях учреждены были, в виде временной меры, вызванной политическими условиями, жандармские уездные команды, состав которых изменялся в зависимости от изменения положения края. Наконец, как бы заключительным актом в законодательной деятельности по данному предмету явилось временное положение 9 июня 1878 г. о полицейских урядниках, как органах уездной полиции вообще, причем 20 июля того же года урядникам дана была инструкция. Урядники должны исполнять полицейские обязанности, надзирать за действиями сотских и десятских, равно как руководить ими, причем они имеют право давать приказания также волостным старшинам и сельским старостам. Урядники распределяются по участкам уезда и они должны следить за проявлением каких бы то ни было действий и толков, направленных против правительства и к подрыву в обществе доброй нравственности и прав собственности. Они производят первоначальные дознания; им же поручается ближайший надзор за соблюдением, в пределах вверенного им участка, правил относительно общественного благоустройства и благочиния.

Уже при самом учреждении общественной полиции, в лице волостных старшин и сельских старост, указывалось на затруднительность определить сколько-нибудь правильно и целесообразно соотношение между этими новыми должностными лицами, с одной стороны, и сотскими – с другой. В Положении 19 февраля сказано, что сотский может передавать старшине или старосте только приказания местной полиции и не имеет права вмешиваться в дела волостного и сельского управления, но может требовать их содействия к исполнению предписаний полиции и задержанию преступников или подозрительных людей. В этом случае сельские и волостные начальства обязаны исполнять требования сотских и оказывать им надлежащую помощь, равно как и сотские обязаны содействовать сельским и волостным начальствам в исполнении их полицейских обязанностей и сохранении порядка. Но то же Положение поручило сельским старостам почти те же полицейские обязанности, которые исполняются сотскими и десятскими и, при отсутствии надлежащих границ между полицейской властью тех и других, происходит на деле или поглощение одной власти другою, или взаимные пререкания, разрешающиеся полным бездействием с той и другой стороны; причем в позднейшее время старосты и старшины, утратив значение самостоятельных органов полиции, превратились постепенно в лиц, состоящих почти в полном и бесконтрольном подчинении у исправников и становых; сотские же и десятские, в свою очередь, оказались настолько несостоятельными для исполнения множества крайне разнообразных и сложных полицейских обязанностей, возложенных на них, что превратились в простых рассыльных и стойщиков, состоящих на послугах у становых приставов и исправников. Что же касается новейшего института урядников, то он вызвал против себя почти единодушное порицание, приведшее наконец к постановке вопроса об упразднении этой должности. Указывалось, между прочим, на то, что урядники несут, в сущности, те же обязанности, какие возложены законом на десятских и сотских, потому что других полицейских обязанностей нет. Обязанности урядников, в общем, даже ограниченнее, эже полицейских обязанностей старост и волостных старшин. Между тем, права урядников не только несравненно шире прав сельских и мирских властей, но имеют даже значение прав чрезвычайных, стоящих выше прав становых и исправников. В инструкции этим чинам уездной полиции, между прочим, сказано, что если урядник сам лично или через кого-либо узнает о каких-либо противозаконных и преступных действиях, совершаемых в чужом, хотя бы и весьма отдаленном от места его службы участке, то он отнюдь не должен оставлять его без внимания, а обязан разузнать, по возможности, подробно и обстоятельно – кто, где и в чем именно обвиняется, и сведения эти тотчас же представить своему становому приставу. Урядники непосредственно сносятся не только со всеми чинами полицейского ведомства и следственной части, но и с прокурорским надзором. И такого-то рода чрезвычайными полномочиями пользуются, по большей части, необразованные и невежественные лица, вступление которых в полицейскую службу не обусловливается ровно никаким цензом, между тем как при учреждении института урядников ссылались главнейшим образом на существующую в Царстве Польском земскую стражу, удовлетворительное состояние коей сама же администрация мотивировала теми именно условиями, которые не нашли себе ни малейшего применения ко вновь созданному, дорогостоящему и более вредному, чем полезному, институту урядников.

Согласно с этими несомненными недостатками низшей уездной полиции, одни указывали на необходимость, освободив волостных старшин и сельских старост от лежащих на них полицейских обязанностей, организовать на целесообразных началах одну общую казенную уездную полицию, которая отличалась бы не столько количеством, сколько качеством своих органов; другие же полагали более правильных и целесообразным возвращение к проведенному в Положении 19 февраля принципу общественной, народной полиции, не выдержавшему натиска враждебных ему элементов, чему в значительной степени содействовало само же законодательство, изменившее этому принципу. Вообще же указывалось на то, что улучшение полиции не могло и не может быть достигнуто соревнованием между органами общественной и казенной полиции и увеличением числа нижних полицейских чинов, вследствие чего и оказалось возможным даже столь анормальное явление, что замена дореформенной, вотчинной, частной полиции полицией общественно-государственной дала не положительные результаты, а отрицательные.

Реформа не ограничилась низшей уездной полицией; она распространилась и на всю уездную полицию вообще.

Читайте также: